October 4th, 2013

помоги ребенку.ру, фонд помоги ребенку.ру

Ждем результатов обследований. Новости от мамы Машеньки Замахаевой

Во вторник у нас было обследование: магнитно-резонансная томография (МРТ) с ангеографией и введением контрастного вещества. Вся процедура длилась около полутора часов, под наркозом и на искусственном дыхании. После чего нас перевели в комнату пробуждения (палата интенсивного присмотра после сложных процедур, наркоза пациента и проч.) После таких вещей Машулик всегда не быстро отходит, долго хрипит поцарапанное трубкой горло, вялая и обидчивая. Не могу не отметить очень внимательное отношение медсестер и врачей к маленьким пациентам. Перед наркозом Маше подарили детский браслетик, много общались, располагая к себе. Первый раз увидела, что перед тем как дать масочный наркоз (а он резкий и неприятный), обмазали маску шоколадным и ванильным карандашами- ребенок вдыхал спокойно и не отдергивался в испуге!
Сегодня в Германии праздничный день, пока мы отпущены домой (в гостиницу). В пятницу должны быть уже готовы заключения от рентгенологов по МРТ и назначена консультация в ЧЛХ (челюстно-лицевой хирургии). В Гамбурге хоть и солнечно, но уже совсем не жарко, пришлось основательно утепляться. Мы решили не терять свободный день, раздобыли коляску для удобства прогулки и направились в парк всё в том же районе Эппендорф. Несколько фотографий прикрепляю...


Машенька отходит от наркоза после МРТ


В клинике, в ожидании решения доктора - отпустят ли домой?


В игровой комнате в клинике

История Машеньки http://www.fondpr.ru/children/169/Zamahaeva_Mashenka.html

помоги ребенку.ру, фонд помоги ребенку.ру

Левушка Холод. Новости от волонтера из Германии

27 сентября: Добрый день! Во вторник была у Лены и Левушки в клинике. 24 числа провели МРТ. А вчера была бронхотрахеоскопия и гастроскопия. Обнаружили обширные грунулемы, которые значительно сужали просвет дыхательных путей. Лена подписала разрешение на операцию и тут же при бронхотрахеоскопии удалили гранулемы. Левушка ночь провел в интенсиве. Вечером поднялась температурка 37,5. Впереди еще одна операция - обнаружено сужение бронха. Прошу молитв за тяжко болящего младенца Льва!

29 сентября:
Сегодня навестила ребят. Левушка не температурит. Но карантин пока не снят, и антибиотик продолжают капать внутривенно. Постепенно отключают от кислорода. И сегодня примерно 40 минут Левушка дышал через "шпрех-вентель" клапан "Пасси-Мур". С таким клапаном пациенты с трахеостомией могут произносить звуки и говорить. Завтра Лена будет осваивать дыхательную гимнастику под присмотром физиотерапевта. Мы немного поиграли с Левушкой. Лена и Левушка передают ВАМ всем огромный привет и СПАСИБО за поддержку! Храни Вас, Господь!

В целом Леве делали необходимые процедуры и обследования.  Доктор Пудер доволен восстановлением Левушки и малыша готовят к выписке. Потребуется примерно две недели восстановления после удаления грануляции (операция что уже провели при бронхотрахеоскопии). Через 2 недели запланирована бронхотрахеоскопия, и если результаты восстановления будут достаточно положительными, то решиться и вопрос со второй операцией. А также начнется подготовка к декануляции (извлечению трахеостомической канюли), планируется сменить канюлю на меньший тренировочный размер. Сейчас решается вопрос с жильем и с обеспечением всем необходимым. Дело в том, что в Германии прописаны спец.нормативы для трахеостомированного пациента и без соблюдения определенных законов пациента с трахеостомией не могут просто так выписать домой, на проживание на территории Европы. Сегодня, скорее всего, малыша выпишут с клиники, две недели надо будет проживать на съемной квартире и проходить наблюдение. Затем Левушка с мамой полетят домой и через 6 недель вернутся в клинику, тогда будут проведены все оставшиеся процедуры и оперативные вмешательства.

3 октября. Новости от наших коллег из Германии.
Во время первой операции была проведена эндоскопия, во время которой было установлено, что сужения трахеи , которое подозревали, все-таки нет. Были проведены определенные подготовительные манипуляции для основной операции. Что приятно удивило, маме разрешили находиться пару дней с ребенком в реанимации – на ночь ставили раскладушку.
По результатам всех обследований врачи пришли к выводу, что нет никаких противопоказаний для проведения основной операции через две недели. Встал вопрос  - ехать ли семье на это время назад домой или устроить их на это время в пансионе, гостинице или квартире.
Доктор Пудер посоветовал не нагружать организм малыша дополнительными нагрузками при перелетах. После операции малышу будет необходимо находиться под стационарным, а потом и амбулаторным наблюдением врачей как минимум 7 недель. За отверстием, где сейчас находится  трахеостома нужен контроль. Для санации трахеостомы необходим специальный отсос. Из-за его громоздкости мама Левушки не смогла привезти с собой тот, который есть у них дома, поэтому возникла необходимость приобретения нового, но стоимость довольно высокая – 2 тыс. евро Мы договорились, что аппарат будет взят в аренду.
Мальчик просто маленький боец с гигантским запасом сил. Не может усидеть на месте. Чувствует себя хорошо.
Мамочка ребенка оооочень терпеливая, сильная и самоотверженная. Ни разу не пожаловалась, всегда “закатывает рукава” наравне со всеми.
Сегодня переводчик забирает маму с Левой из больницы и везет их к знакомым мамы, где они будут бесплатно проживать ближайшие 2 недели.  А сейчас проходит разговор с доктором.


История Левушки http://www.fondpr.ru/children/180/Holod_Levushka.html

помоги ребенку.ру, фонд помоги ребенку.ру

Ариночка Кузнецова. Фото от мамы. Маленькое достижение на пути к большой победе!

Дорогие наши друзья порадуйтесь ЗА НАС))) первое маленькое достижение на пути к БОЛЬШОЙ ПОБЕДЕ))) Мы немножко самостоятельно стоим)))



А вот Аринка после долгой изнурительной тренировки по ходьбе и стоянию на ногах


История Арины http://www.fondpr.ru/children/168/Kuznecova__Arinochka.html

помоги ребенку.ру, фонд помоги ребенку.ру

Всем хороших выходных. Пятничное. Мариучча и Орест Кипренский. История, покрытая тайной...

На этой картине Орест Кипренский изобразил свою жену - Анну-Марию Фалькуччи.



Вернее, когда он писал портрет, звали ее Мариучча, и была она дочерью итальянской натурщицы, с которой художник был близок.
А потом случилась трагедия, о которой говорил весь Рим.
Красавицу-итальянку нашли мертвой в квартире художника. Умерла она страшно - кто-то завернул ее в холст, облил скипидаром и поджег. Женщина сгорела заживо. Через несколько дней в городской больнице «Санта-Спирито» от неизвестной болезни умер слуга Кипренского - молодой итальянец.
Кипренский был убежден, что натурщица убита слугой, но его уверенность разделяли немногие. В городе открыто говорили, что убил натурщицу не слуга, а сам художник. Полиция так ничего и не выяснила.
Этот случай наложил отпечаток на всю жизнь Ореста Адамовича.

[Читать дальше]
Константин Паустовский писал:
"Рим отвернулся от художника. Когда он выходил на улицу, мальчишки швыряли в него камнями из-за оград и свистели, а соседи - ремесленники и торговцы - грозили убить В Париже русские художники, бывшие друзья Кипренского, не приняли его. Слух об убийстве дошел и сюда. Двери враждебно захлопывались перед ним. Выставка картин, устроенная им в Париже, была встречена равнодушно. Газеты о ней промолчали.
Кипренский был выброшен из общества. Он затаил обиду. В Италию возврата не было. Париж не хотел его замечать. Осталось одно только место на земле, куда он мог уехать, чтобы забыться от страшных дней и снова взяться за кисть. Это была Россия, покинутая родина, видевшая его расцвет и славу".

Спешно покидая Италию в 1822 году, Кипренский определил 10-летнюю Мариуччу в монастырский пансион, оставив при этом большую сумму на воспитание девочки, к которой был очень привязан.
Через семь лет, вновь приехав в Италию, он встретился с Мариуччей и влюбился в нее.
Ей было 17, ему – 47. Для нее он принял католичество и летом 1836-го без огласки обвенчался.
Но, к сожалению, счастья этот брак не принес. Девушка не любила Кипренского, хотя и была благодарна ему за заботу.
Современники вспоминали о частых ссорах молодой женой и о постоянных запоях Ореста Адамовича.
Через три месяца после свадьбы Кипренский скончался от скоротечного воспаления легких.
После его смерти Мариучча (именуемая в русских документах Марией Кипренской), прислала в Петербургскую Академию художеств оставшиеся ей в наследство картины, в том числе и «Девочку с цветком в маковом венке». Деньги за проданные картины были ей отосланы, расписка в получении получена.
Через несколько месяцев после смерти Кипренского Мариучча родила его дочь, Клотильду.
Это было последнее известие о ее судьбе. Далее следы затерялись...

Источник http://sadalskij.livejournal.com/647040.html

Орест Адамович Кипренский [13(24).3.1782, мыза Нежинская, близ Копорья, Петербургская губ. - 12(24).10.1836, Рим] - незаконный сын помещика А. С. Дьяконова - воспитывался в семье приемного отца, А. К. Швальбе. В 1788 году, под фамилией Кипрейский (позже измененной), он был зачислен в Воспитательное училище при Академии художеств (АХ). Курс обучения закончил в 1803 году и был оставлен пенсионером на три года, потом еще на три. За это время он написал ряд работ и среди них "Портрет А. Швальбе" (1804), в котором показал себя талантливым портретистом, последователем Ф. С. Рокотова, Д. Г. Левицкого и Владимира Боровиковского и притом представителем нового, романтического направления.

В следующие годы Кипренский исполнил несколько превосходных портретов, упрочивших его известность на этом поприще, - Е. П. Ростопчиной, А. А. Челищева, В. А. Перовского и др. Высшим его достижением стал знаменитый портрет "Е. В. Давыдова" (1809). Все еще не установлено, кто изображен на нем: Евдоким, Евграф или, как долго считалось, Денис Давыдов - поэт и будущий герой-партизан 1812 года, но это не так уж существенно, потому что в романтически приподнятом образе были воплощены черты целого поколения, которому предстояло вскоре совершить воинский подвиг. АХ за представленные Кипренским портреты присвоила ему звание академика (1812). Грянувшая война с Наполеоном побудила художника снова взяться за портреты, но теперь в большинстве своем не живописные, а карандашные: он словно спешил увековечить своих современников. Сложившаяся серия образовала своеобразный групповой портрет русского общества в то героическое время. Здесь преобладали изображения военных из окружения художника - А. П. Бакунина, М. П. Ланского, А. Р. Томилова, Е. И. Чаплица, П. А. Оленина (все 1813) и др.; позже к ним прибавились изображения деятелей искусства - Н. А. Оленина (1813), Н. И. Уткина (1814), К. Н. Батюшкова (1815). Итог этому вдохновенному труду подвели два отличных живописных портрета 1816 года - Василия Жуковского и С. С. Уварова. Кипренский стал знаменит и почитаем. Его даже называли "российским Вандиком" (то есть Ван Дейком); но он не был вполне удовлетворен успехом.

На судьбе Кипренского роковым образом сказалось заблуждение, которое он питал относительно своего творчества. Этот замечательный, прирожденный портретист занимался портретной живописью в основном для заработка, а подлинным своим призванием считал историческую живопись и все время порывался писать значительные сюжетные произведения, которые должны были обессмертить его. Вот почему, едва в Европе наступил мир, он, пользуясь своим правом на заграничное пенсионерство, отправился в Италию с твердым намерением создать наконец большую картину. Сначала он избрал сюжет "Аполлон, поражающий Пифона" - аллегорию победы Александра I над Наполеоном, но к работе толком не приступил; потом написал "Анакреонову гробницу" и без всякого успеха показал ее на выставке в Риме. Портреты, и среди них такие жемчужины, как портреты С. С. Щербатовой (1819) и А. М. Голицына (ок. 1819), по-прежнему получались у него несравненно лучше; они-то и продолжали приносить ему признание - столь высокое, что в 1820 году ему был даже заказан автопортрет для галереи Уффици во Флоренции. Его затянувшееся пенсионерство (дважды продленное) наконец завершилось, и в начале 1822 года художнику пришлось покинуть Италию. Домой он добирался долго, по пути задержался в Мариенбаде, где общался с Гёте и дважды рисовал его. Последней его зарубежной работой был начатый, очевидно, в Милане и законченный в Париже портрет Е. С. Авдулиной (1822) - изысканный и тонкий, но настораживающий отсутствием теплоты, живого контакта с моделью, столь свойственных прежним произведениям художника.

В Петербурге, куда Кипренский добрался лишь к лету 1823 года, его встретили неожиданно холодно. Не последнюю роль в том сыграли распространяемые недоброжелателями (а он их умел наживать) слухи о двух историях, омрачивших конец его пребывания в Риме. Первая была связана с подозрениями в убийстве натурщицы, а вторая - с позировавшей ему десятилетней девочкой Мариуччей, к которой он необычайно привязался и проявлял о ней исключительную заботу. Все же главная причина заключалась в том, что вкусы публики успели сильно перемениться. Пытаясь поправить положение, художник принялся за большую картину - давно заброшенного им "Аполлона, поражающего Пифона" - и закончил работу в 1825 году; но снова не произвел желаемого впечатления. В портретах же он по-прежнему блистал мастерством, однако они получались холодно-отчужденными.

Среди них было лишь два счастливых исключения. Первое - замечательный портрет А. С. Пушкина (1827), с редкой силой передающий замкнутость поэта в собственном мире вдохновения и одиночество высокой души в окружающем суетном мире (то, что оставалось сокровенным для романтически настроенного художника). Второе - автопортрет, исполненный год спустя, удивительный по беспощадной откровенности, с которой художник вглядывался в себя - постаревшего и немного жалкого.

В 1828 году Кипренский снова отправился в Италию - это было бесполезное бегство от самого себя. Его прежний успех и здесь был позабыт, к тому же в Риме уже несколько лет блистал Карл Брюллов, оттеснивший соперников. Все еще веря в свое призвание исторического живописца, Кипренский вздумал привлечь к себе внимание картиной "Тибуртинская сивилла, предсказывающая падение мессии Августу" и потерпел неудачу. Более интересными были у него две картины 1831 года: "Девушка с плодами" и "Читатели газет в Неаполе" - в сущности, портреты, хотя и не поименованные. Впрочем, и они не стали событием. Кипренский получал все меньше заказов и начал испытывать нужду. Он объездил пол-Италии, много работал, исполнил хорошие портреты, в том числе Б. Торвальдсена и Ф. А. Голицына (оба 1833), но и в них не приблизился к прежним достижениям. Соревнуясь с Брюлловым, он попытался написать большой парадный портрет - и не справился с ним: этот эффектный жанр не соответствовал его возможностям, а силы художника уже иссякали.

В начале 1836 года он наконец сумел заработать такую сумму, которая позволила ему расплатиться с кредиторами и осуществить давно принятое решение - жениться на Мариучче (Анне-Марии Фалькуччи). Для этого ему пришлось в июне 1836 года принять католичество, и в июле он обвенчался без огласки. Не известно, обрел ли он желанный покой. Некоторые современники вспоминали, что он ссорился с молодой женой и жестоко пил, другие об этом умалчивают. Все равно жизнь его подошла к концу: он простудился, заболел воспалением легких и скончался через четыре месяца после свадьбы. Спустя еще несколько месяцев на свет появилась его дочь, Клотильда Кипренская, но след ее безнадежно затерялся.